Вода из моря в наших кранах: пить или не пить?

1 191
Вода из моря в наших кранах: пить или не пить?

Из всего пакета инновационных предложений по решению проблем водоснабжения города, одно из них вызвало целый «всплеск» разноречивых мнений, как со стороны специалистов, так и общественности. И это не мудрено, т. к. предложение явно не бесспорное. Речь идет об анонсированном городским Головой проекте строительства в Мариуполе завода по опреснению морской воды американской компанией RWL Water с объемом финансирования $ 50 млн. Модератором указанного проекта выступил народный депутат Украины Сергей Тарута. Что ж, сумма немалая и компания известная. Но все же, в порядке дискуссии, хотелось бы высказать свое мнение специалиста.

Опреснение морской воды – известная технология в мире, которая применяется в странах с сухим климатом, где фактически нет собственных запасов пресной воды, как в открытых водоемах, так и в подземных источниках. Это, прежде всего, страны Ближнего Востока, средиземноморского региона северной Африки, Израиля и Сирии, ряда стран, расположенных на побережье Атлантического и Тихого океанов. Водозабор здесь осуществляется в глубоководных прибрежных районах с достаточно чистой и прозрачной исходной морской водой. Существует около 30 способов опреснения воды, но даже новые современные технологии не обеспечивают полного обессоливания из-за разнообразия солей и высокой энергоемкости. Получаемая вода имеет низкие вкусовые качества, а иногда несет опасность для здоровья. Отличительным свойством воды морей и океанов является существенно завышенная концентрация в них, по сравнению с пресными водоемами, тяжелых изотопов водорода (дейтерий, тритий) и кислорода. Если в обычной пресной воде тяжелая вода составляет 0,015 %, то в морской воде – 0,020 %. Особенно опасен тритий – сверхтяжелый изотоп водорода, который легко проникает через кожу, при дыхании, с водой. Вот почему опресненная вода оказалась смертельно опасной для людей и животных, о чем свидетельствуют трагические события в 70-х годах прошлого столетия на полуострове Мангышлак, где в 1972 г. была построена опреснительная установка для г. Шевченко (ныне Актау) республики Казахстан. Несмотря на то, что в опресненную каспийскую воду подмешивали высокоминерализованную воду из подземного источника, медики вскоре забили тревогу – резко возросла онкозаболеваемость и мертворождаемость. Теперь Казахстан даже не рассматривает дальнейшее использование опресненной морской воды и занят строительством Волжского канала.

Сегодня специалисты Израиля выступают с резким протестом против строительства второй опреснительной установки. Опыт эксплуатации построенного ранее на побережье Средиземного моря Ашкелонского завода по опреснению морской воды показал высокозатратные эксплуатационные показатели и экологическую небезопасность. Интересно, что одним из аргументов противников опреснения является высокая загрязненность прибрежных вод у берегов Израиля (и это в курортной стране). При этом необходимо отметить, что населению поставляется смесь питьевой воды, где доля опресненной морской составляет только 60 %. Печальный медико-социальный и экологический опыт эксплуатации завода по опреснению каспийской воды в г.Шевченко (Казахстан), а также отказ цивилизованных стран от использования опресненной морской воды в питьевом водоснабжении, дало основание Инициативной группе в составе ведущих представителей израильской науки, техники и общественности выступить в июле 2007 г. с Открытым письмом ко всем ветвям и органам власти страны, политическим, профессиональным и общественным организациям и объединениям, средствам массовой информации, всему населению с требованием запретить на законодательном уровне употребление опресненной морской воды в процессах связанных с жизнедеятельностью человека, животных и пищевых растений, а также исключить добавление такой воды в водопровод Израиля. При этом один из участников Инициативной группы, директор научно-проектного Института Индустриальных Инфраструктур (Израиль) Бенцион Телянер резюмировал, что « опреснение морской воды это авантюра с признаками геноцида». Одним словом, опреснение морской воды не нашло широкого распространения в мире – всего 0,2 %, причем половина из построенных заводов находится в Персидском заливе. Но тамошние шейхи используют эту воду исключительно в технических и коммунальных целях, а пьют бутилированную природную воду из заповедной Новой Зеландии.

4 августа 2005 г. вступил в силу «Протокол по проблемам воды и здоровья к Конвенции Европейской Экономической Комиссии ООН по охране и использованию трансграничных водотоков и международных озер», который является первым обязательным инструментом для профилактики и контроля за заболеваниями, связанными с водой. В указанном документе сказано, что «среди мероприятий, направленных на удовлетворение растущей потребности в воде, три заслуживают особенного внимания: все они таят угрозу для здоровья». И первым указано «опреснение морской воды (становится все более важным), создает конкретный риск для здоровья, особенно с точки зрения несоответствующего состава минеральных солей в окончательном продукте».

Теперь экстраполируем все сказанное на плоскость нашего города с природно-географическими особенностями региона. Азовское море самое мелкое, глубина в прибрежной зоне составляет 3–5 метров и, как следствие, вода очень мутная. Море в черте г. Мариуполя испытывает чрезвычайную техногенную нагрузку: предприятия–гиганты, сброс городских хозбытовых сточных вод, морской торговый порт, ливнестоки. Кроме того, наше море уникально по радиационному фактору – только в акватории Азовского моря, да у берегов Бразилии и Индии имеются отложения естественного радионуклида – тория, хорошо знакомого горожанам в виде штормового выноса «черных песков». Возникает вопрос, где будет производиться водозабор морской воды, и каким образом ее будут предварительно обрабатывать?

Фирма RWL Water специализирована на строительстве заводов по опреснению морской воды на основе промышленных мембранных технологий. В этом случае объем получаемой опресненной воды (он называется пермеат) составляет для пресной воды не более 30–35 %, а для морской, и того меньше. Остальные 65–70 % – это шлам. В нашем случае заявленная проектная мощность получаемого пермеата составляет от 100 до 130 тыс. м3/сутки, а остальные 200–270 тыс. м3/сутки и есть тот шлам – солевой тузлук с тяжелыми металлами, органикой и микроорганизмами, который надо обезвредить и куда-то утилизировать (сбросить). Вопрос – куда? Опять в море?

Нет, я ни в коем случае не подвожу свои суждения под категорический отказ от услуг такой солидной американской фирмы, да и деньги, скажем, которые она выделяет, немалые. И для реализации этого проекта есть вполне приемлемый альтернативный вариант. Еще в 80-х годах по приглашению тогдашнего руководства города, к нам приехала авторитетная группа специалистов из профильного института гигиены МЗ Украины для изучения и выдачи рекомендаций по улучшению водоснабжения Мариуполя (тогда – Жданова). После тщательного обследования всех местных возможностей, ученые пришли к однозначному заключению о возможности использования для водоснабжения Павлопольского водохранилища. К сожалению, представленный отчет, за давностью лет, затерялся где-то на архивных полках.

Почему бы сегодня не вернуться к этому вопросу. Вода водохранилища используется в настоящее время исключительно для технических нужд меткомбината им. Ильича. По целому ряду показателей качества, вода Павлополья мало чем отличается от старокрымской воды, а по взвешенным веществам, мутности, содержанию аммиака и сульфатов, а также сухому остатку и жесткости, даже несколько лучше. В воде Павлопольского водохранилища концентрация тяжелых изотопов водорода и кислорода соответствует уровню естественного содержания в пресной воде и уж, тем более, нет радионуклида – тория. А учитывая, что вода – пресная, то и солевых «отходов» по сравнению с морской водой будет на порядок меньше. Расстояние от водохранилища до Старо-Крымской фильтровальной станции – считанные километры. Заявленная проектная мощность завода 100–130 тыс. м3/сутки фактически равна суточному объему воды, подаваемой сегодня водоканалом городу – около 150 тыс. м3/сутки. Несложная арифметика – смешиваем почти один к одному воду Старокрымского водохранилища с обессоленной водой Павлопольского водохранилища и можно искренне поблагодарить коллег за многолетнюю помощь в снабжении водой по южнодонбасскому водоводу.

При этом наверняка, сэкономим от реализации данного проекта, и дополнительные средства могут быть направлены на совершенствование системы очистки и обеззараживания воды на Старо-Крымской фильтровальной станции КП «Вода Донбасса» и хотя бы частичную замену, на 40 % морально и физически изношенную, водопроводную сеть города. Да мало ли еще на что, «дыр», как говорится, в нашем водопроводном хозяйстве хватает.

Впрочем, это всего лишь мое мнение, главное, что скажут люди.

Сергей БОЕВ, кандидат медицинских наук

Оцени новость

УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (1 оценок, средняя: 5,00 )
Загрузка...



  • Уездный город М

    Мало того, что Азовсталь забирает морскую воду для своих нужд, а потом сливает ее обратно, теперь воду будут забирать для очистки, а сливать обратно будут помои. В итоге море станет мертвым отстойником без признаков жизни. ЖИТЕЛИ МАРИУПОЛЯ ПРОТИВ ГИБЕЛИ МОРЯ. Надо эти средства пустить на расчистку родников, надо рыть скважины и укреплять берега водохранилищ.