Сталин и ветер истории

Сталин и ветер истории - фото

Однажды Сталин сказал, что после его смерти на его могилу нанесут много му¬сора, однако ветер истории его развеет

. Всё так и вышло, как предвидел вождь. Не прошло и несколько лет, как один из главных «стахановцев террора» 1930-х годов Н. Хрущёв (именно на его запросе увеличить квоты на расстрел Сталин написал: «Уймись, дурак») начал поливать вождя грязью. Хрущёв не был первым в этом плане: систематический полив Сталина (правда, вперемеж¬ку с реальной критикой) начал Троцкий, ну а не вышедший умом бывший троц¬кист Хрущёв оставил только полив. Затем к Хрущёву в качестве «мусорщиков» присоединились наиболее рьяные из «шестидесятников», ну а о диссидентах, «певших» под чужие «голоса» и «плывших» на чужих «волнах», и говорить нечего — они были частью западной антисоветской пропаганды.

Нередко говорят: «Скажи мне, кто твой друг, и я скажу тебе, кто ты». На самом деле человека в не меньшей степени определяют не друзья, а враги: «Скажи мне, кто твой враг, и я скажу тебе, кто ты». Поразмышляем о Сталине сквозь призму ненависти к нему и страха перед ним его врагов и их холуёв.
Отношение к лидерам: царям, генсекам, президентам, — интересная штука в силу своей, по крайней мере, внешне, парадоксальности. В рус¬ской истории было три крутых властителя — Иван Грозный, Пётр I и Иосиф Сталин. Наиболее жестокой и разрушительной была деятель-ность второго: в его правление убыль населения составила около 25%; на момент смерти Петра казна была практи¬чески пуста, хозяйство разорено, а от петровского флота через несколько лет осталось три корабля. И это великий модернизатор? А вот Иван IV вошёл в историю как Грозный, и его время в XVII в. вспоминали как последние десятилетия крестьянской свободы. И опричнину в народе практически недоб¬рым словом не поминали — это уже «заслуга» либеральных романовских историков. Сталин, в отличие от Петра, оставил после себя великую державу, на материальном фундаменте которой, включая ядерный, мы живём до сих пор.
Парадокс, но из трёх властителей Пётр, несмотря на крайнюю личную жестокость и провальное царствование, любим властью и значитель¬ной частью интеллигенции. Ему не досталось и десятой доли той критики, которую либеральная историография и публицистика обрушила на головы Ивана Грозного и Иосифа Сталина. Грозному царю не нашлось места на памятнике «Тысячелетие России», а Пётр — на первом плане. Что же такого делал Пётр, чего не делали Иван и Иосиф? Очень простую вещь: позволял верхушке воровать в особо крупных разме¬рах, был либерален к «проказам» именно этого слоя. За это и любезен власти (портрет Петра I в кабинетах Кремля очень символичен) и отражающему её интересы, вкусы и предпочтения определённому сегменту историков и публицистов. Иван Грозный и Сталин были жестки и даже жестоки по отношению, прежде всего, к верхушке. «Проклятая каста!» — эти слова сказаны Сталиным, когда он узнал о том, что эвакуи¬рованная в г. Куйбышев номенклатура пытается организовать для своих детей отдельные школы.
Всю свою жизнь у власти Сталин противостоял «проклятой касте», не позволяя ей превратиться в класс. Он прекрасно понимал, как по мере этого превращения «каста» будет сопротивляться строительству социализма — именно это Сталин и имел в виду, когда говорил о нараста¬нии классовой борьбы по мере продвижения в ходе строительства социализма. Как продемонстрировала перестройка, вождь оказался абсо¬лютно прав: уже в 1960-е годы сформировался квазиклассовый теневой СССР-2, который в союзе с Западом и уничтожил СССР-1 со всеми его достижениями.
В советское время, как при жизни Сталина, так и после его смерти, вождя ненавидели главным образом две властные группы (и, соответст¬венно, связанные с ними отряды совинтеллигенции). Во-первых, это левые глобалисты — коминтерновцы, для которых СССР был лишь плацдармом для мировой революции. Им, естествен¬но, не могли понравиться ни «социализм в одной, отдельно взятой стране» (т.е. возрождение «империи» в «красном варианте»), ни обращение к русским национальным традициям, на которые они привыкли смотреть свысока, ни многое другое.

Сталин и ветер истории

Вторую группу сталиноненавистников можно условно назвать «советскими либералами». Советский номенклатурный либе¬рал — это чиновник, который стремился потреблять больше, чем ему положено по жёстким правилам советско-номенкла¬турной иерархической системы потребления, а потому готовый менять власть на материальные блага, стремящийся чаще вы¬езжать на Запад и сквозь пальцы глядящий на теневую экономику.
Вот они и ненавидели Сталина больше всего. Ненавидели и боялись. И боятся до сих пор!
Страх позднесоветской номенклатуры перед Сталиным — это страх «теневого СССР» перед исходным проектом, страх паразита перед здоро¬вым организмом, перед возмездием с его стороны, страх перед народом. После 1991 г. этот страх обрёл новое, откровенное, а не скрытое, классовое измерение, которое, как демонстрируют время от времени кампании десталинизации, делает этот страх паническим, смертель¬ным.
Важен вопрос о причинах ненависти к Сталину на Западе.
Приравнивание Сталина к Гитлеру, а СССР – к Третьему рейху вкупе с разговорами о том, что на Сталине лежит такая же вина в развязывании войны, как на Гитлере, а, возможно, ещё и больше, работает в том же направлении – повесить на СССР (и, следовательно, на РФ) вину в развязывании войны, навязать комплекс исторической вины и неполноценности. То есть здесь всё ясно и просто.
Более интересен исторический аспект проблемы причин ненависти западной верхушки к Сталину. Дело в том, что Сталин трижды сорвал планы этой верхушки – правых глобалистов – по созданию глобального мира под эгидой чего-то похожего на мировое правительство, о необходимости которого много говорили Варбурги, Рокфеллеры и их подголоски из интеллектуальной обслуги.
Сталин сделал для слома «затеи» глобалистов под названием «мировое правительство» больше, чем все русские цари вместе взятые. Серпом Красной империи он трижды валил снопы глобализации на поле истории ХХ в.
Первый раз Сталин сделал это во второй половине 1920-х годов, точнее, в 1927–1929 гг., когда заменил проект «мировая революция» проектом «красной (социалистической) империи».
Мировое правительство начало укреплять конкретное государство – Третий рейх. По «пьесе» он должен был разнести СССР, а затем пасть под ударом англосаксов.
Однако История – коварная дама, всё вышло по-другому, и Сталин во второй раз сорвал планы глобалистов, разгромив Гитлера.
В третий раз Сталин сорвал планы глобалистов тем, что при нём СССР, не позволив накинуть себе на шею удавку плана Маршалла, создал ядерные щит и меч и восстановился не за 20, как прогнозировали западные спецы, а за 10 лет, превратившись на рубеже 1940–1950-х годов в сверхдержаву.

Сталин и ветер истории
Таким образом, Сталин – автор и создатель единственного успешного антиглобалистского проекта ХХ в. Он наглядно показал, что можно противопоставить глобалистам и как с ними бороться. Если считать годом свёртывания в СССР глобалистского проекта 1929 год, то можно сказать, что Сталин отодвинул приход глобализации ровно на 60 лет – до окончательной сдачи Горбачёвым на Мальте 2–3 декабря 1989 г. всего и вся. Ясно, что такое простить «хозяева мировой игры» никогда не смогут. Тем более, что Сталин продемонстрировал технологию борьбы с ними, сделав заявку на развёртывание своей игры и своего хозяйства, включая альтернативный мировой рынок и подрыв позиций доллара.
Такого они простить не могут.
И, даже мертвый, Сталин не дает им покоя.
Боятся…
До сих пор боятся…

По материалам статьи Андрея ФУРСОВА.

Оцени новость

УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично Будь первым
Загрузка...