Когда свой дом — не крепость

0 3
Когда свой дом - не крепость - фото

или Сказ о том, что каждый из нас может быть выгнан на улицу

Для многих рядовых мариупольцев обращение в СМИ – последняя надежда. Столь безуспешными оказываются их попытки достучаться в кабинеты и сердца власть предержащих, столь велико отчаяние от тупиковости ситуации, что единственной возможностью получить понимание и помощь, оказывается для горожан встреча с корреспондентом, который сумеет честно и беспристрастно поведать о беде, в которую попал человек.

За такой помощью и обратилась в редакцию нашего сайта читательница Т. (имя и фамилия женщины находятся в редакции), рассказав свою историю – грустную, страшную и при всей кажущейся невозможности совершенно реальную.

Началась она 1 мая 2002 года. В тот день 21-летняя Т. купила у мариупольца В. квартиру в Орджоникидзевском районе. Сделка показалась девушке довольно удачной: квартира обошлась ей в 3 тысячи долларов США. Столь дешевой жилплощадь была по той простой причине, что имелась огромная задолженность по квартплате и коммунальным услугам. Так что свою жизнь в новом жилище Т. пришлось начать с составления договоров на реструктуризацию долгов. Задолженность, согласно договорам, она исправно выплачивает вот уже в течение без малого десяти лет.

Все это время Т., являющаяся инвалидом 3-й рабочей группы общего заболевания, проживает в данной квартире вместе со своим сынишкой.

Их маленькая семья жила дружно и спокойно. И мама, и сын любили друг друга, хорошо ладили с соседями и думать не думали, что кто-нибудь сможет разрушить их теплый, уютный мирок. Кошмар начался осенью прошлого года…

3 октября 2011 года в квартиру пришли незнакомые люди, возглавляемые неким А., назвавшимся… собственником квартиры. Т. мужчина показал доверенность от П., пояснив, что на основании этого документа он имеет полное право распоряжаться данной квартирой. Полная неприятных предчувствий Т. поспешила встретиться с давшей доверенность женщиной, отправившись к ней по указанному в документе адресу. Состоявшаяся встреча мало что прояснила. П. подтвердила, что она дала доверенность А., но при этом сообщила, что квартиру она не продавала, денег не получала. Кроме того, женщина не могла точно назвать район, в котором находится «ее» квартира, путалась с расположением комнат, и все это вместе взятое подтверждало, что к данной квартире «хозяйка» не имеет никакого отношения. Однако А., который продолжал названивать Т. с требованием освободить квартиру, обозначенные доводы мало волновали.

Устав от его настойчивости, Т. сказала ему, что вопрос надо решать в судебном порядке, и уже суд вынесет вердикт, у кого из них есть право жить в данной квартире.

Никакого суда А. не хотел. Он поступил проще: приехал с шестью помощниками, металлической дверью и болгаркой, желая поменять входную дверь в квартиру. Выполнить задуманное в тот раз захватчикам (а иного слова не подберешь) не позволила вызванная милиция. Рейдерские атаки, сопровождающиеся угрозами, стали регулярными и лишили молодую женщину и ее ребенка покоя и сна.

За помощью Т. пришлось обратиться к адвокату Анне Литвин.

«В один из «наездов» А., набрав номер телефона, сказал, что с Т. хочет поговорить высокопоставленный чиновник (была названа фамилия депутата городского совета от одной из оппозиционных партий — прим. авт.), — рассказала адвокат корреспонденту «МЖ». — На просьбу Т. представиться из трубки произнесли: «Если я представлюсь, то тебе будет плохо…». После чего последовали следующие угрозы: «….замотаем в ковер….. вывезем, закопаем…. будешь ходить и оборачиваться….», голос угрожал расправиться с ребенком».

По словам адвоката, в середине декабря А. также приехал в квартиру с неизвестными лицами. Во время беседы А. и Т. в кухне, десятилетний сынишка Т. был заперт в зале. Мальчик просился к маме, хотел выйти к ней в кухню, но дюжие помощники А. грубо заталкивали его в комнату. А. сообщил, что чиновник, о котором шла речь выше, это — власть, и что он часто обедает за одним столом с «очень высокопоставленным лицом» (фамилию не называем, чтобы не компрометировать человека). А. заявлял, что вышеупомянутое высокое должностное лицо всех «отмажет» и куда бы Т. не обратилась, ничего не добьется, так как у них везде есть связи.

«29 декабря 2011 года А. и неизвестные лица снова приехали в вышеуказанную квартиру. Снова была попытка взлома двери и вызваны работники милиции, — отметила Анна Литвин. -16 января 2012 года А. и неизвестные лица вновь приехали к Т. Пытались срезать двери, и опять была вызвана милиция. После чего А. продолжал звонить Т., угрожать. На вопрос о том, почему бы ему не обратиться в суд, ответил, что проще выкинуть ее из квартиры, чем возиться по судам. Говорил о том, что ему необходимо закупать материалы на надгробия памятников на деньги, вырученные за продажу этой квартиры…»

Кульминационная сцена в боях за квартиру разыгралась 17 марта. Возвращаясь с рынка домой, Т. увидела на лестничной площадке семерых мужчин и двух женщин, которые спиливали замок входной двери. Грубо оттолкнув оторопевшую Т., незваные гости ворвались в квартиру, стали паковать вещи семьи в мешки и выносить их в коридор. Т. позвонила адвокату. Анна Литвин, спешно приехавшая к клиентке, была поражена увиденным.

«Мы вызвали милицию и скорую помощь, так как Т. стало плохо, — рассказала адвокат. – Также я попросила приехать репортера Николая Рябченко. Неизвестный мужчина вырвал у меня из рук телефон и стал выталкивать меня из квартиры. Выталкивали из квартиры и репортера, который, выполняя свои профессиональные обязанности, снимал на камеру все происходящее…»

Мобильник Анне Литвин то отдавали, то вновь его отбирали. В какой-то момент, заполучив телефон, адвокат выбежала на балкон, чтобы дозвониться в дежурную часть милиции. В это время незваные гости продолжали выносить в коридор вещи. Поскольку Т. находилась в шоковом состоянии и даже не могла подняться на ноги, «гости» вынесли ее из квартиры вместе со стулом. Адвоката и репортера также вытолкали из квартиры (о применении физической силы свидетельствуют синяки у Т., у адвоката, у репортера). После этого захватчики заперлись в квартире.

Лишь в 23 часа с помощью приехавшего наряда милиции А. и его помощники были выдворены из квартиры, и Т. смогла вернуться домой.

* * *

Однако о хеппи-энде говорить рано. Жизнь молодой женщины и ее сынишки счастливой и спокойной назвать теперь трудно. В любой момент А. с помощниками может вернуться, вооруженный болгаркой, крепкими кулаками и связями с высокопоставленными должностными лицами. Каждый день, собираясь на работу, Т. с ужасом думает о том, что в ее отсутствие могут приехать дюжие мужики, поменять входную дверь, замок, и они с сыном останутся на улице.

Слова «мой дом – моя крепость» для них превратились в насмешку. Стены их дома не только не могут защитить от врагов, но, напротив, являются сладостной приманкой для нечистых на руку риелторов, а попросту – бандитов.

Это один из видов «бизнеса» новых украинцев – выгнать, забрать, продать. А на вырученные деньги купить, например, материалы для надгробий памятников… для тех, кого свели в могилу своим «предпринимательством».

Бандиты, хапуги и спекулянты… Большей частью именно этим лицом поворачивается к нам капитализм. Им не страшны ни налоговая служба, ни контролирующие органы, ни правосудие. Продажные сами, они покупают все. И в отличие от тех, кто пытается быть честным, процветают. Ведь рука руку моет, а ворон ворону глаз не выклюет. Любители половить рыбку в мутной водичке они молятся своему божку – коррупции.

И до тех пор, пока этот божок будет править, не только Т. и ее сынишка, но и каждый из нас не сможет себя чувствовать уверенно и в безопасности… даже в собственном доме.

Марина ЛИТВИНОВА.

Оцени новость

УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично Будь первым
Загрузка...