Несчастная наша фауна

0
Несчастная наша фауна - фото

Донбасс, конечно, край индустриальный. Но ещё в сравнительно недавние времена его степи населяли такие экзотические животные, как сайгаки, тарпаны. В лесах и перелесках в изобилии водились лоси, косули, кабаны. Было много другой живности.

Ни для кого не секрет, что в настоящее время фауна нашего края находится под мощнейшим прессом цивилизации. О том, как это выглядит конкретно, мы попросили рассказать старейшего практикующего эколога региона Петра ОВЕЧКО.

— Пётр Аввакумович, какие факторы сегодня являются наиболее опасными для фауны нашего края?

— Значительный урон природе наносят бесконтрольная охота и браконьерство. В начале 90-х годов прошлого века было замечено резкое снижение плотности расселения зайца-русака. В то же время руководство охотхозяйств области доказывало, что численность зайца-русака растёт. Ведь это позволяло получать ежегодно увеличивающийся план отстрела зайцев, получать дополнительно денежные поступления от реализации отстрелочных карточек.

Фактически контроль за состоянием дел в охотхозяйствах полностью отсутствует. И это приводит к печальным последствиям. Так, с 1991-го по 1995 год в охотугодьях Амвросиевского охотничье-рыболовного хозяйства (ОРХ) было полностью уничтожено стадо лосей. А ведь только в урочище Севастьянка каждый год на зимовку сходилось от 40 до 70 лосей. В то время это было прекрасное охотхозяйство имени Артёма Торезского общества охотников, председателем которого был А. Юзвенко.

С передачей этой территории в ведение Амвросиевского ОРХ началась вакханалия уничтожения лосей, кабанов, косуль. А ведь охота на лося на Украине была запрещена ещё с 1989 года, о чём напрочь забыли чиновники как от охоты, так и от местной власти. Сама охота отдана на откуп общественности, не имеющей никакого понятия о ведении охотхозяйства.

— Наверное, только специалисты могут принимать обоснованные решения о размерах добычи того или иного вида животных или запрета охоты вообще?

— Только так, и не иначе. А то ведь что у нас получается? Как только заканчивается сезон охоты на пушного зверя, на того же зайца, сразу же начинается истерия борьбы с лисой. Охотхозяйства, ветеринарная служба объявляют лису вне закона, разрешая её отстрел (проще говоря, тотальное уничтожение) круглогодично. Разговоры о бешенстве, которое она якобы разносит, — это такая лазейка для браконьеров.

— Действительно ли опасна лиса в природе, как это утверждают многие?

— В Англии, у нас ведь модно ссылаться на европейский опыт, совсем по-другому относятся к лисе. Только в городской черте Лондона зоологи насчитывают пять тысяч лис, которые мирно уживаются в городе, практически никому не нанося вреда и находя себе пропитание в основном на свалках и в мусорных баках. К тому же лондонцы неплохо подкармливают рыжих соседей, а основной опасностью для лондонских лис является не человек с ружьём, а автомобильный транспорт. Тем не менее, на протяжении многих лет численность этих ночных зверей, поселившихся в городе, остаётся стабильной.

Подобная информация для нас звучит даже как-то неправдоподобно. Дело в том, что мы, к сожалению, видим в лисе в основном только источник бешенства. И вместо грамотного решения вопроса эффективной борьбы с инфекцией лису объявляют вне закона, обрекая на полное уничтожение.

Кто-то придумал, что плотность поселения лисы на одну тысячу гектаров – 0,5 особей. Если учесть, что отстрел ведётся без учёта пола, то в таком случае на 2000 гектар могут остаться или одна самка, или один самец. Что обрекает вид на вымирание. Только достаточно многочисленная популяция хищников обеспечивает хорошее развитие проживающих по соседству животных. В противном случае проявляется генетическая деградация и самих хищников, и их жертв.

— И всё же возникает вопрос, как же быть с бешенством – ведь это заболевание реально существует?

— Очень просто – нужно лишь грамотно вести работу по вакцинации поголовья лис. Для этого разработана и в своё время внедрена специальная вакцина в особых брикетах. Регулярно и грамотно применяя такую вакцину, в той же Англии полностью решили проблему бешенства. В каждом деле, касающемся природной среды, необходим взвешенный научный подход, а самоуверенные неучи намного опаснее любого природного хищника.

В природе не может быть ничего лишнего, всё взаимосвязано. Растительный видовой состав для каждого биоценоза обеспечивает существование определённого видового состава животных, чем и достигается природное равновесие, позволяющее видовому составу нормально существовать.

Нарушая это равновесие, мы не осознаём пагубных последствий: уничтожение некогда обитавших в наших краях байбаков, дроф, стрепетов, сайгаков и многих других видов. В настоящее время в регионе исчезает заяц-русак. Уже сейчас его плотность ниже минимальной. А это — катастрофа.

— Выходит, охотникам пора, как говорится, наступить на горло собственной песне?

— О ведении охоты в нашем густонаселённом крае не может быть и речи. Такая обстановка сложилась потому что ведение охотхозяйств отдано случайным людям, необразованным и незнакомым с законами природы. Управление охотой и природой вышло из-под контроля государства. А ведь это одна из отраслей народного хозяйства, которая оказывает влияние как на экономику страны, так и на её престиж в мире. О какой охоте можно вести речь в нашем регионе, где плотность населения составляет 180 человек на квадратный километр.

В регионах с высокой плотностью населения роль в сохранении природных экосистем играют заповедные территории. В Донецкой области таких территорий всего 3,2%. Такие видные учёные, как М. Ф. Реймерс, Ф. Р. Штильмарк и другие, считают, что сокращение площади природных экосистем до величины ниже 20% ведёт к нарушению экологического равновесия. Это притом, что в Донбассе соотношение интенсивно и экстенсивно использованных земель должно быть 2:1. Отсюда следует вывод: необходимо в нашем регионе заповедную площадь расширить до 20 процентов. Резерв для этого в Донецкой области имеется.

— Что конкретно вы имеете в виду?

— Это земли в пойме реки Миус, уникальный лесной массив природного происхождения на площади 700 гектаров по речке Глухой (г. Торез), известный как Глуховский лес. Много ещё природных площадей сохранилось в пойме реки Крынка.

Все эти перечисленные площади имеют историческое значение, поскольку насыщены археологическими памятниками, биологическое значение — так как населены редкими видами растительного и животного мира. Огромное природоохранное значение названных территорий не вызывает сомнения.

Когда-то, во время существования СССР, вокруг городов были выделены зелёные зоны, где охота была вообще запрещена. В настоящее время таких зон нет. Охота же разрешается на расстоянии 200 метров от строений. В то время, как дробь летит на расстояние в среднем около 400 метров. Таким образом, полёт дроби в два раза превышает расстояние до человеческого жилья. А ведь ещё совсем недавно в зелёной зоне населённых пунктов чувствовали себя в полной безопасности косули и лоси.

В том же Глуховском лесу водились 20-30 особей лосей, 25-35 косуль. Часто косули и лоси заходили на окраину города Торез. Люди отдыхали в Глуховском лесу и могли часто видеть лесных красавцев. Ничего этого теперь нет. Есть умирающий лес, засыпанный шахтной породой, бытовыми отходами. Да ещё пни от тысяч срубленных дубов. А ведь около 100 лет назад В. Е. Граф, его последователи М. Я. Дахнов, Г. Н. Высоцкий, занимаясь возрождением степного лесоразведения, давали высокую оценку этому лесу, восхищались его вековыми дубами.

— А какие меры принимают их наследники в области лесоразведения и лесозащиты?

— Те меры, которые сейчас принимаются в нашем регионе по сохранению биоресурсов, можно назвать лишь полумерами. По-прежнему остаются нерешёнными вопросы сбора и утилизации бытовых и промышленных отходов. Значительный ущерб природе приносит бесконтрольная охота. Не удаётся преодолеть порою варварское отношение к заповедным территориям.

Ощутимый урон наносят степные и лесные рукотворные пожары. Наблюдение показывает, что на тех площадях, по которым прошёл огонь, плохо восстанавливается растительность. В особенности ковыль и типчак. Не гнездятся птицы, их покидают пресмыкающиеся и грызуны. На восстановление ландшафта, пострадавшего от пожаров, необходимо несколько лет. Тем не менее, каждую весну и осень полыхают огромные участки природных степей и лесов, полезащитных лесополос. Кому выгодны эти пожары? Ответа нет. Как, впрочем, нет и виноватых. Задержать поджигателя с поличным, доказать его виновность и наказать – сегодня практически невозможно.

Жители частного сектора городов и сельских населённых пунктов, из-за отсутствия чёткой схемы сбора и утилизации бытовых отходов, сплошь и рядом привозят их в лесополосы, балки, лесные массивы, обочины дорог, образуя огромные несанкционированные свалки.

Местным же властям некогда решать природоохранные проблемы. У них, по всей видимости, есть более важные дела – выделение земельных участков в частную собственность, в аренду. Но только не для природоохранного заповедания. И ответ каждый раз один: «Земли под заповедники не отдадим». А на вопросы о том, по какой же причине, следует ответ: «Так решили депутаты»… Создаётся впечатление, что у депутатов нет ни детей, ни внуков, и живут они только меркантильными интересами сегодняшнего дня.

Соответствующие контролирующие органы прячутся за статистикой составленных протоколов. Общественные организации заняты в основном саморекламой с целью как можно больше получить денег из экологического фонда для организации зачастую бесполезных акций.

— Есть ли выход из такого порочного круга?

— Безусловно, есть. Робкие шаги в этом направлении делаются. Но на протяжении всей истории природоохранного заповедания стоят острейшие противоречия между принципами заповедания и их претворением в жизнь.

Все наработки учёных в этих вопросах должны выполняться безоговорочно и без каких-либо условностей. Поскольку причинами исчезновения видов часто бывает не прямое их истребление, а неблагоприятные изменения среды обитания. Поэтому заповедные территории должны быть изъяты полностью из хозяйственного пользования и переданы под охрану администрациям заповедных учреждений. Причём только научные учреждения должны иметь право определять режим охраны и использования этих территорий.

Известны случаи, когда в заповедниках организовывались «царские охоты», изымались земли под частное и государственное строительство. Очень метко выразил своё отношение к вопросам охраны природы И. И. Акимушкин – биолог, публицист, автор многих научных публикаций: «Нужно меньше охотников — больше сторожей в заповедниках, меньше охотничьих обществ – больше обществ защиты животных, меньше охотничьей литературы – больше биологической. И тогда последние акты трагедии диких животных, которые человечество впишет в историю жизни на планете Земля, будут с хорошим концом».

Беседовал Василий СЕМЁНОВ

http://dkr.com.ua