Факты против фальши

Факты против фальши - фото

У меня всегда было отрицательное отношение к Сталину, особенно после прочтения книг Солженицына. Регулярно разъезжая с лекциями по Союзу, я с возмущением выслушивал вопросы о том, когда же реабилитируют Сталина. Причем, задавали этот вопрос не только пожилые люди, прошедшие войну, но и немало людей моего возраста, т.е. родившихся после Великой Отечественной. В то время я их совершенно не понимал: «Как же так, — думалось мне, — столько людей было уничтожено, столько ошибок наделано…»

Раньше я и представить не мог, до какой степени можно фальсифицировать историю. В большинстве из «научных» книг Сталин изображался почти недоумком, зато западные политики — великими стратегами и тактиками.

После чтения всей этой абракадабры встреча с книгой Людо Мартенса «Другой взгляд на Сталина» развернула моё отношение к «отцу народов» на 180 градусов. Да, автор — председатель Рабочей партии Бельгии, т.е. человек левых взглядов. Но надо иметь в виду, что даже лидеры многих левых партий Запада, даже тех, что называются коммунистическими, избегают затрагивать тему Сталина, чтобы не испугать свой «электорат», оболваненный буржуазными пропагандистами. Мартенс этого не боится, поскольку его интересует правда о Сталине. Мне было легко перепроверить цитаты и цифры, обращаясь к источникам, которыми он пользовался. И я нигде не нашел фальсификаций. Более того, аналогичные оценки и факты я смог обнаружить в работах других авторов, не упомянутых в книге Мартенса. Наконец, у каждого на плечах все-таки, смею надеяться, своя голова, внутренности которой предполагают умение отличать правду от безмозглой пропаганды.

КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЯ

Российский читатель знаком с эпохой коллективизации по учебникам и книгам, тем не менее, в двух словах хочу напомнить, с чего это Сталину «взбрело в голову» начать коллективизацию.

Необходимость её диктовалась как внешними, так и внутренними причинами, причем среди последних громадную роль играла не только социальная сторона (обострение классовой борьбы в деревне), но и сторона чисто экономическая. Хотя в период нэпа, в 1922-1926 гг., продукция сельского хозяйства достигла предреволюционного уровня, однако, ситуация в целом была крайне удручающая. В результате спонтанно возникшего свободного рынка 7% крестьян (2,7 млн. человек) вновь оказались без земли. В 1927 г. 27 млн. крестьян были безлошадными. В целом 35% относились к категории наиболее бедных крестьян. Большая часть, средние крестьяне (около 51-53%), имели допотопные орудия труда. Количество богатых-кулаков — составляло от 5 до 7%. Кулаки контролировали около 20% рынка зерна.

По другим данным, на кулаков и верхний слой середняков (около 10-11% крестьянского населения) в 1927-1928 гг. приходилось 56% продаж сельскохозяйственной продукции. В результате «в 1928 и 1929 гг. вновь пришлось нормировать хлеб, затем сахар, чай и мясо. Между 1 октября 1927 г. и 1929 г. цены на сельхоз. продукты выросли на 25,9%, цены на зерно на свободном рынке выросли на 289%». Экономическую жизнь страны, таким образом, начал определять кулак.

О кулаках современная «демократическая» печать в России пишет как о лучшей части российского крестьянства. Иное представление о них вынес профессор Е. Дилон, проживший несколько десятков лет в России. Он пишет: «Из всех человеческих монстров, которых мне приходилось когда-нибудь встречать во время путешествия (по России), не могу вспомнить более злобных и отвратительных, чем кулак».

Естественно, после начала коллективизации началось раскулачивание, оцененное антикоммунистической печатью как сталинский «геноцид» в отношении кулаков и «хороших крестьян». Р. Конквест в своих работах называет такое число жертв: 6,5 млн. кулаков было уничтожено во время коллективизации, 3,5 млн. погибло в сибирских лагерях.

Многие историки, в том числе немецкий ученый Стефан Мерл, в своих работах вскрыли фальсификации Конквеста, «источником» которых были эмигрантские круги, на которых и ссылался англо-американский идеолог. После рассекречивания гулаговских архивов была опубликована реальная статистика «жертв сталинизма», в том числе и относительно кулаков. Мартенс, ссылаясь на Николаса Берта, В. Земскова, Арка Гетти, Габора Риттерспорна и др., приводит следующие цифры. Оказалось, что в наиболее ожесточенный период раскулачивания, в 1930-1931 гг., крестьянами было экспроприировано имущество 381 026 кулаков, которые вместе со своими семьями (а это уже 1 803 392 человека) были отправлены на Восток (т.е. в Сибирь). Из них до мест поселения к 1 января 1932 г. доехало 1 317 022 человека; остальные 486 000 человек по пути сбежали. Это вместо 6,5 млн. Конквеста.

Что касается «3,5 млн. погибших в лагерях», то общее число раскулаченных никогда не превосходило цифры в 1 317 022 человека.

Еще более наглое вранье — цифры о «голодоморе» на Украине в 1932-34 гг. Разброс такой: Дейл Далримпл называет цифру в 5,5 млн. человек, Николай Приходько (сотрудничавший с нацистами в годы войны) — 7 млн., У. Х. Гамберлен и Е. Лионс — от 6 до 8 млн., Ричард Сталет — 10 млн., Хосли Грант — 15 млн. человек. В двух последних случаях надо иметь в виду, что население Украины в 1932 г. было равно 25 млн. человек.

Анализ источников этих цифр показал, что часть ее пришла из херстовской печати, известной пронацистскими симпатиями, часть пришла из фашистских «источников» и от украинских эмигрантов, сотрудничавших с нацизмом.

Ситуация на Украине была действительно непростая. В 1932-33 гг. голод унес от 1 до 2 млн. жизней в республике. При этом добросовестные ученые называют четыре причины тогдашней трагедии. Первая связана с оппозицией кулаков, которые в преддверии коллективизации уничтожали скот и лошадей (чтобы не досталось «коммунякам»). По данным Фредерика Шумана, в период 1928-1933 гг. количество лошадей в СССР сократилось с 30 млн. до менее чем 15 млн., рогатого скота — с 70 млн. голов (включая 31 млн. коров) до 38 млн. (включая 20 млн. коров), овец и коз — со 147 млн. до 50 млн., свиней — с 20 млн. до 12 млн. Вторая причина — засуха в ряде районов Украины в 1930-32 гг. Третья — эпидемия тифа, свирепствовавшая на Украине и Северном Кавказе в то время. Кроме того, перестройку сельского хозяйства на коллективистский лад вели неграмотные и в то же время обозленные на кулаков крестьяне, которые, естественно, не могли не наломать дров.

Конечно, эти цифры в 1-2 млн. человек — не 5-15 млн., хотя тоже немалые. Но не надо забывать, это был период жесточайшей классовой борьбы: жесточайшей с обеих сторон: и со стороны беднейших крестьян, и со стороны кулаков. «Кто кого» не только в смысле эксплуататоры или эксплуатируемые, но и в смысле: прошлое или будущее. Потому что победа сталинской линии на коллективизацию вытащила 120 млн. крестьян из средневековья, неграмотности и тьмы.

Олег Арин

varjag-2007.livejournal.com

Оцени новость

УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично Будь первым
Загрузка...